Учитель: насилие стадо бичом российской школы

Учитель: насилие стадо бичом российской школы

Законодатели в полном согласии с бюрократической логикой всех последних школьных реформ полагают воспитание чем-то отдельным от обучения и вообще окружающей реальности.

Марина Балуева, педагог, профсоюзный активист

Они совершенно серьезно полагают, что, написав план «мероприятий» и выполняя эти мероприятия в покорной последовательности и без отступлений от «заранее утвержденного» плана, можно кого-то воспитать. Что тетенька-учительница, прочитав лекцию на классном часу, действительно внесет свой вклад в дело воспитания, а школьники примут посылы сверху, как компьютер базу данных.

Тонет в гуле «одобрямса» голос депутата от КПРФ Олега Смолина, напомнившего концепцию воспитывающего обучения или обучающего воспитания, существовавшую когда-то давно в советской школе. Депутаты на голубом глазу не знают, что человека воспитывает окружающая среда, воспитывает пример поступков , а не слов взрослых (слова только закрепляют показанное жизнью, если правдивы). Увы, эта бюрократическая затея чревата лишь разрастанием количества планов-и-отчетов. Дети будут видеть то, что видят, а воспитывать их будет по-прежнему окружающая реальность.

А какова эта школьная реальность сегодня?

Она многообразна. Например, по свидетельству СМИ и соцсетей, увеличилось количество историй, связанных с насилием и травлей в школе. Учитель ударил или оскорбил ребенка, дети затравили или жестоко избили одноклассника, ученик избил учителя, и – наконец — школьник или студент колледжа пришел в заведение с оружием и убил какое-то количество людей. Такие истории происходят с тревожащей периодичностью.

Общество растеряно и разделено, причем, почти исключительно по принципу выбора адресата наказания, решая кого наказывать — учителей или детей с родителями. Между тем, выносить наказания равноценно в данной ситуации тому, чтобы лечить туберкулез свежим воздухом или перелом с помощью бега трусцой. Насилие – парадигма, в которой существует современная российская школа, и менять нужно парадигму. Но о смене парадигмы не идет речь на заседаниях Государственной Думы. Исключительно о «плане мероприятий», его «утверждении сверху» и отчете о «выполнении».

Как же должна меняться парадигма школьного образования, чтобы воспитать личность, гражданина, патриота, словом, все ипостаси человека, которые нам обещают воспитать планово-отчетным методом? В вале случаев, произошедших в последнее время, мое внимание привлекли два инцидента, заключающиеся в избиении учительниц учениками-подростками. Они широко обсуждались в СМИ и социальных сетях, поэтому не буду называть и давать ссылку, чтобы поисковик не выдавал в ленту еще один травмирующий стороны текст.

Здесь не важны конкретные имена. Достаточно того, что это типичные примеры. Объединяет их то обстоятельство, что нападение подростков на взрослого было вызвано в одном случае тем, что учительница выдернула наушник из уха школьника, который что-то постороннее слушал на ее уроке, а в другом случае учительница выдернула из-под школьника стул, на котором он раскачивался и не обращал внимание на ее замечания. То есть оба раза нападение было хоть и чрезмерным, но ответным и вызвано тем, что психологи называют нарушением личных границ ученика.

Учитель: насилие стадо бичом российской школы

Здесь, как уже говорилось, в обсуждении часть криков разгневанной общественности была посвящена непрофессиональному поведению учителя, таким, мол, не место в школе. Другие кричали о том, что дети совсем распоясались, и надо штрафовать родителей и применять другие строгие меры к детям. К сожалению, совсем мало пока призывов детально рассмотреть основы современного воспитания в российской школе, и уж только потом делать выводы.

Возьму на себя неблагодарную, если не опасную, задачу обозначить жертвами обе стороны. Сколько ни штрафуй родителей, это не сделает более приятным пребывание подростка в школе, где он постоянно терпит унижения, скрытые и явные, где к нему нет внимания старших, где обесценены достижения и стигматизированы недостатки, где он вынужден бороться за себя — в одиночку или стаей. И сколько бы мы ни говорили о непрофессионализме учителя, теоретические знания о личных границах не помогут человеку, чьи собственные границы нарушаются постоянно.

Человек, привычный к нарушению своих личных границ, никогда не поймет «че такова» он сделал, нарушив чужие. Ведь для него это норма. Насилие (чаще психологическое) – это норма служебной этики для российского учителя сегодня. И эту этику учитель осознанно или не очень транслирует детям. И это страшно.

Погуглим: что говорит о личных границах Интернет? Поисковик выдает множество разнообразных ссылок. В топе определение еще от 2014 года; «Личные границы — это черта, которая проходит между отдельными личностями, окружающими их людьми и более крупными социальными системами. Они нужны для того, чтобы мы ясно могли ощущать: где я, а где не я; где мои собственные эмоции, поступки, убеждения и мысли, а где — чужие».

То есть, согласно этому определению все психологические манипуляции, заставляющие человека как бы «добровольно» делать то, что он не хочет, относятся к нарушению личных границ. Вот утверждение попроще, с родительского сайта: «Если окружающие люди своими словами, либо действиями причиняют вам физический или эмоциональный дискомфорт — это и есть нарушение личных границ». Психологи предупреждают: формирование личных границ – важнейший этап становления личности подростка. Специалисты предостерегают родителей: не нарушайте границы, не читайте переписку, не требуйте порядка в комнате грубыми методами, добивайтесь доверия. Также в интернете масса советов, как защититься ребенку от скрытой или явной агрессии учителя.

Тема востребована. Хорошо, если ребенок научится защищаться. Но если он рассчитает меру, и учителя по «скорой» увезут в больницу? До каких пор школа будет превращаться в место, опасное для здоровья и жизни участников образовательного процесса?

На этот вопрос бюрократическая вертикаль ответит привычным планово-отчетным методом, организовав «курсы повышения квалификации» после работы для подневольных учителей, ни на грамм не изменив при этом их рабское униженное положение, с которым профсоюз «Учитель» сталкивается ежедневно.

Конечно, наш исторический лагерный фон, психология винтика вкупе с приплюсованной к ним позднее концепцией «образовательной услуги» не вполне способствуют сохранению личных границ педагога, но ведь есть же закон? Увы. Дышло закона пока повернуто в сторону власть имущих и той парадигмы властной вертикали, которая сформировалась у них в голове под влиянием исторического фона и сиюминутной выгоды.

Например, формально, по закону работа учителя оплачивается в зависимости от количества проведенных уроков, а подготовка к урокам не влечет за собой отдельной оплаты, но и время этой работы организуется и распределяется учителем самостоятельно. На практике оклад, установленный до начала учебного года, исходя из количества предполагаемых учебных часов, обозначает не более, чем «стоимость» рабсилы данной единицы персонала, под которую эта единица поступает в почти полное распоряжение администрации.

И ни закон, ни должностные инструкции не указ. Субботники, поквартирные обходы, уборка территории, ремонт школы, написание невероятного количества бесполезных бумаг и электронных файлов, работа в избирательных комиссиях, распределение детского питания, сборы денег с родителей — трудно перечислить все варианты использования бесплатной педагогической рабочей силы.

Кто будет возражать против утверждения, что эти люди раздавлены своим бесправием? Их можно за это презирать, воля ваша. Но детей они будут воспитывать собственным примером, исходя из собственных ценностей и сформированной в их головах модели поведения. Вам это надо?

А для тех, кто склонен презирать учителей «с дивана», небольшой отчет о практике сопротивления административному произволу активистами профсоюза «Учитель». Несколько десятков дел, связанных с восстановлением трудовых прав (а значит и с человеческим и профессиональным достоинством) находятся сейчас в судах. Причем, лишь примерно половина исков будет удовлетворена, несмотря на то, что наш профсоюз обеспечен юридической помощью и необоснованных исков не поддерживает. Но и те иски, которые признает суд, далеко не всегда удовлетворяются впоследствии администрациями.

За примерами далеко ходить не надо. Наша «культурная столица» славится своим насилием по отношению к педагогам.

Например, Академия управления городской средой строительства и печати. Здесь могут просто не пустить неугодного педагога на рабочее место. Так, воспитатель Елена Римгайло в прошлом году провела более десятка часов у проходной корпуса, где находится ее рабочее место. Она сидела сначала на картонке, потом на стульчике, который ей вынесли студенты. Директор Анатолий Кривоносов распорядился не пускать воспитателя без всяких на то оснований. Захотел – и не пустил.

Преподаватель корректорского дела Юлия Маркова второй год не может «выбить» себе педагогическую нагрузку, о праве на которую у нее есть решение суда. После выигранного суда она год проработала «методически» — писала отчетные бумаги под надзором видеокамер и отдельно выделенного наблюдателя на зарплате из числа лояльных директору сотрудников. Учить студентов ей, преподавателю редкой дисциплины и автору уникального учебника, не дают.

Добиваются своих попранных прав и другие педагоги Академии. Но Комитет по науке и высшей школе, а также аппарат курирующего комитет вице-губернатора В. Княгинина неизменно отвечают отписками. Директор-абьюзер удобен системе, и она не спешит приводить его в чувство. Автор этих строк тоже второй год судится с образовательной организацией, где не понравился ее комментарий СМИ о распределении зарплат в образовательных организациях на примере школы, где работала.

ГБОУ «Центр «Динамика» любила посещать Валентина Матвиенко в бытность свою губернатором, а однажды школу посетил даже Владимир Путин. Поэтому надуманные поводы для дисциплинарных взысканий и увольнения нелояльного учителя одобряются судом практически без рассмотрения доказательств и доводов сторон. Последний шедевр юриспруденции со стороны городского суда – это вывод о том, что угроза увольнения по порочащей работника статье, ясно высказанная работодателем в начале беседы (и доказанная в суде), не является принуждением к увольнению и дальнейшее соглашение достигнуто на основе свободного волеизъявления работника.

Вот такая вертикаль, и такая борьба за свои права. Поэтому не спешите кидать камень в учителя: он или она учат и воспитывают как могут в соответствии с посылами, недвусмысленно спущенными свыше.

Последняя Конвенция (№190) Международной Организации Труда, куда входят и российские профсоюзы, принятая в прошлом году, посвящена искоренению всех видов насилия на рабочих местах. Еще до принятия Конвенции МОТ многие страны внесли в свои законодательства изменения, напрямую препятствующие насилию на работе.

В Российском законодательстве по сей день почти нет норм, на которые можно было бы опереться в борьбе с насилием в сфере труда. Почему бы депутатам вместо бессмысленных дебатов о «плане мероприятий» не подумать на эту тему, и не начать исправление воспитания школьников именно с искоренения насилия в школе?

Марина Балуева, сопредседатель МПРО «Учитель». Статья не является программным заявлением профсоюза, автор выражает свою личную точку зрения.

Прочтите Это

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Back to top button