От жизни до смерти дом №7 в Ташкенте отделяет всего одна подпись… подпись министра культуры. Чего он ждет три месяца?

 Центр Ташкента, два этажа, шесть подъездов, шестнадцать квартир и всего три семьи, готовые отстаивать не просто стены, а память, историю и совесть… Речь идет о доме №7 по улице Бабура. Проект знаменитого архитектора Щусева был воплощен в жизнь в 1935 году и почти целое столетие украшает столицу. Каждая квартира – целая история. Однако застройщику это не интересно. На месте архитектурного памятника намерены возвести многоэтажную новостройку, наверняка красивую, но бездушную, безликую и неинтересную с точки зрения туризма…

В Ташкенте старые дома постепенно обретают имена: заурядные номера со временем становятся именами собственными. Правда, этот нэйминг дается непростой ценой, в первую очередь, его жителям. Благодаря, если так можно сказать, конфликтным ситуациям с застройщиком тысячи людей узнали о доме №45 по улице Амира Темура.

В течение двух лет жители боролись против сноса и в итоге отстояли старинный дом. Сегодня аналогичная ситуация развернулась вокруг дома №7 по улице Бабура. Вот уже почти год жильцы пытаются противостоять застройщику. Буквально недавно, казалось, что ситуация разрешилась, и Министерство культуры признало дом материальным наследием. Люди на радостях повесили на дом табличку, но, к сожалению, без подписи министра «оберег» не работает… Почему министр культуры не подписывает документ? Почему Минкульт не с первого раза признал дом историческим наследием? И почему дом все-таки нужно сохранить? Слишком много вопросов. Разбираемся по порядку.

Вместо столетнего дома – новостройка

Все началось год назад. Жители рассказывают, что в октябре прошлого года их поставили перед фактом – дом будут сносить. Такую новость принес застройщик – OOO «Jemchug House» (компания, созданная за пару месяцев до этого). Впоследствии выяснилось, что компания является генеральным подрядчиком ООО «Universal Packing Masters» (UPM), действующего под брендом «Murad Buildings». Застройщик показал жителям решение хокима от 13 октября 2018 года о передаче земельного участка, на котором стоит их дом, компании UPM под застройку.

С этого момента и начались все злоключения. На первом собрании застройщик пытался договориться с жителями, пообещав хорошие компенсации – денежные выплаты либо квартиры в будущей новостройке. Но жильцы настаивали: «Наш дом исторический, его нельзя сносить». Однако подтверждающих это документов не было. Дом №7, как и еще сотни зданий, был вычеркнут из реестра культурного наследия еще в 2007 году тогдашним хокимом Ташкента Абдукаххором Тухтаевым (бывший министр строительства, ныне хоким Шайхантахурского района).

Как следует из ответа Главного научно-производственного управления по охране и использованию объектов культурного наследия при Минкульте: «Здание исключено из списка объектов культурного наследия по неизвестным причинам». Это уже серьезно усложняло дело. Жители начали обивать пороги Министерства культуры с целью восстановить историческую справедливость и снова включить их дом в список культурного наследия. Однако это было не так просто, как казалось на первый взгляд.

Две комиссии

По просьбе жильцов 6 марта текущего года в дом пришла комиссия Научно-методического совета Минкульта. Естественно никто не знал, каким образом все это должно происходить. Понятное дело, люди впервые столкнулись с подобным. Как выяснилось после, комиссия прибыла в странном составе. По правилам проведения подобных мероприятий, в составе проверяющих должно быть не менее семи ученых, по факту было всего трое. Остальные – сотрудники Департамента – прибыли для количества. Заключение экспертов шокировало жителей: «дом не имеет никакой ценности».

Тогда жильцы добились приема у главы Департамента культурного наследия, замминистра культуры Камолы Акиловой. Чиновница поддержала защитников дома, и было принято решение о втором выездном совете. На этот раз все было как надо. Комиссия прибыла в «звездном» составе: эксперты с международным признанием, специалисты своего дела. По итогам осмотра дома 16 марта совет признал его объектом культурного наследия, который обязательно нужно сохранить.

По закону об охране и использовании культурного наследия именно со дня вынесения решения ученым советом дом находится под защитой государства. Однако закрепить вердикт экспертов должна подпись министра культуры Озодбека Назарбекова, которую он не ставит вот уже три месяца. Почему? Все разводят руками. Основная, но неподтвержденная версия – застройщик уже вложил в проект N-ую сумму денег, в частности, приобрел квартиры и оплачивает некоторым жильцам аренду, и обязательно потребует ее назад. Все это время дом находится в подвешенном состоянии: вроде и под охраной, но не в реестре культурного наследия.

А в проданных квартирах уже начался частичный демонтаж оконных рам и полов. Разбор дома с еще живущими людьми действует не только психологически, но и создает реальную физическую опасность. В строении 1935 года нет бетонных перекрытий, как в современных постройках, пол второго этажа, по сути, держится на потолке первого. Конструкция надежная: высота потолков – 4,5 метра, стены – из жженого кирпича шириной 65 сантиметров. Эксперты уверяют, что дом простоит еще как минимум сто лет, но в случае разбора одной части возникает угроза нарушения целостности дома.

Почему нет солидарности

Во всей этой истории, наверное, самым несправедливым остается отсутствие солидарности среди жильцов. Как оказалось, не всем важно сохранить дом. На вопрос, почему так, жители ответили, что некоторые живут здесь недавно и ничего не знают об истории дома.

«Есть владельцы квартир, которые здесь и вовсе не жили, многие годы сдавали в аренду. А квартирантам и подавно все равно, снесут дом или оставят. Когда владельцам предложили продать квартиры или заменить старые на аналогичные по площади в будущей новостройке, они недолго думали», — говорят активисты.

Но есть и другая группа жильцов, у которых кроме этой квартиры ничего нет, и люди просто испугались остаться на улице. Застройщик уверял, что дом все равно снесут. Услужливый сосед слова предпринимателя подтверждал и уговаривал жильцов брать то, что дают и пока дают. Таким образом, четыре квартиры были проданы. Еще девять согласились на условия «под котлован». В итоге остались трое, кто не готов соглашаться с уничтожением дома, хотя застройщик уверен, что дело лишь в сумме. Но они борются не за деньги, а за память… пачками пишут письма в госорганы, зачастую получая отписки.

«Мы боремся за память»

Дом №7 по улице Бабура, построенный в 1935 году по проекту академика Алексея Щусева (автор проекта театра имени Навои в Ташкенте и Мавзолея Ленина на Красной площади в Москве), называли «профессорским». С самого его основания здесь и, правда, жили «звезды» науки и просвещения того времени: выдающиеся академики и профессора в области истории, археологии,  математики, филологии и т.д.

«Это наше родовое гнездо. Это дом моего деда профессора Рахима Атаджанова, автора десятков исследований в области математики и учебников для педагогических вузов. Он был одним из «Тринадцати ласточек» – первого выпуска педагогов Узбекистана. Прожил в этом доме 64 года. Сейчас здесь живут мои родители, но мне важно сохранить эту квартиру, этот дом в память о деде. Я хочу рассказывать своим детям об их легендарном прадеде, о доме в котором жил он и еще десятки выдающихся людей, работавших на благо нашей страны. Для меня это память, это история, которая должна жить и передаваться из поколения в поколение», — говорит одна из активисток защиты дома.

Ее слова поддерживают немногочисленные соседи. Они могут часами рассказывать о легендарных жильцах этого потрясающего дома.

«Вот здесь была квартира академика Василия Афанасьевича Шишкина, который открыл миру Варахшу и настенные росписи Афросиаба в Самарканде, и Полины Андреевны Гончаровой, написавшей книги о золотошвейном искусстве Бухары. Вот там жили академики Раджапов и Закиров. Это были окна профессоров Шадманова, Расулова и Зевелева, а вон те – Логинова, Юлдашева и Пономаренко, а с той стороны жили Худайбергенов и Максудов», — рассказывает другая соседка, показывая на окна старого дома.

В защиту дома также выступил и президент организации Alerte Héritage, кандидат искусствоведения, ассоциированный исследователь Монреальского университета Борис Чухович. Эксперт считает, что дом №7 по улице Бабура является частью почти целостно сохранившейся среды 1930-х-начала 1960-х годов, характеризующей участок улицы Бабура от площади Бешагач до бывшего «Фрунзенского торгового центра».

«Именно этим интересен дом, планировочное, фасадное и градостроительное решение которого соответствовало общему ансамблевому замыслу архитекторов, которые мыслили в эту эпоху масштабами улиц и площадей. Его снос ознаменовал бы утрату ясно прослеживаемой в данное время целостности исторической застройки улицы Бабура, одной из центральных улиц города, служащей главной артерией для связи центра города с аэропортом, символическими воротами столицы Узбекистана. Дом №7 следует сохранить как характерную составляющую исторического памятника, каковым является улица Бабура на участке от площади Дворца текстильщиков до площади Бешагач и Дворца дружбы народов», — отметил Борис Чухович.

Дом однозначно должен жить. Да, его легендарных жильцов давно нет в живых, потомки большинства из них разъехались по миру, но память о них должна жить. Это наша история, к которой можно прикоснуться через этот дом. Затрагивая меркантильный аспект, эту историю можно «продавать» в конце концов, как уникальный турпродукт. Ведь это не просто архитектурный объект советского конструктивизма – это портал в начало прошлого века – туда, где зарождались современная педагогика, наука и просвещение, где происходили открытия и писались книги на века, где жили люди, создавали семьи, радовались первым шагам и словам своих детей. Дом №7 – это целая эпоха, которую нельзя променять на груду бетона и стекла.

От жизни до смерти этот «живой» дом отделяет всего одна подпись… подпись министра культуры.

Евгения Грандэ (Мнение редакции может отличаться от мнения автора)

Прочтите Это

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Back to top button